Category: отношения

Category was added automatically. Read all entries about "отношения".

Баяны

Николай Тютчев и Салтыкова Дарья

Все очень мило, правда достоверных изображений Салтычихи мы не имеем и ее городской дом находился не на месте ФСБ а рядом, на месте станции метро Кузнецкий мост!



Оригинал взят у butonierca в Николай Тютчев и Салтыкова Дарья

Николай Тютчев и Салтыкова Дарья

 4634571_61482282_1279013849_tutchev (440x699, 44Kb)

 Салтыкова Дарья Николаевна, больше известная в народе как Салтычиха, «прославилась» как самая жестокая помещица в российской истории, повинная в зверских убийствах нескольких десятков собственных крепостных.Collapse )

Баяны

"Как первую любовь не забываю и первого убитого врага"



Из жизни коллекционеров и по следам Дня Победы.

Жил да был в Москве в районе станции метро Профсоюзная такой поэт-фронтовик Юрий Белаш, умерший в конце 1980-х. Одна моя знакомая, назовем ее Л, курировала его от одного московского музея - нормальная практика окучивания более-менее примечательных одиноких лиц на предмет грядущего пополнения музейных фондов. От человека остается на удивление мало, и то что остается, как правило, мало кому нужно. От Белаша остались недописанный роман, переписка с любимой женщиной, немецкий маузеровский штык - они были едва ли не у каждого фронтовика, шкаф с книгами, пакет из крафта, перевязанный шпагатом и еще какая то ерунда. Роман и переписку сдали в архив, штык тоже быстро нашел себе нового владельца, книги разбрелись, ерунду отнесли на помойку, а пакет никому не оказался нужен, даже музею, и остался у моей знакомой. В какой то момент ей потребовалась консультация и тогда был востребован я. Я к тому времени уже ездил в Мясной Бор с его историком Борисом Гавриловым, худо-бедно что начинал понимать в военной истории и в окружении Л, видимо, был единственным человеком более-менее знакомым с темой.

Сняв шпагат с пакета и развернув его, я оторопел. Передо мной лежали немецкие открытки со свастиками и девушками, несущими знамена на бодрых берлинских парадах. Основная часть содержимого состояла из фотографий. На них были изображены молодые люди в немецкой форме, иногда с женщинами! На обороте фотографий были надписи, сделанные Белашом. Безусловно, я за давностью не воспроизведу их один в один но смысл содержания помню абсолютно точно, он такой, что его нельзя забыть: "Этот тюха-матюха расстрелян мною в таком то лесу за рядового нашей роты Афанасия Козлова", "Такой то убит мною там то...", "Такой то расстрелян мною там то "при попытке к бегству" (фраза "при попытке к бегству " взята в кавычки самим Белашом), "немецкая застава там то", "город такой то. Когда мы пришли мы его смели" и др. В общем, архив был страшный, и самое страшное было то, что в основном он состоял из фотографий людей, убитых лично Белашом и взятых из их карманов!

Одно дело убить на войне, а другое тщательно собирать фотографии лично убитых людей, пусть врагов, и бережно их хранить, в этом есть что то патологическое! Тем более, что создание такой колекции могло стоить жизни самому Белашу. Офицеры, все таки жили отдельно, а он, как рядовой, потом сержант, вместе со всеми! В такой ситуациии все про друга все знают, и найдись любитель сообщить органам, что гвардии сержант Белаш хранит открытки с фашистской символикой и фотографии немцев в форме - из этого вполне могли бы состряпать дело! К счастью, никто не донес. А если бы донес, то не было бы у нас такого поэта-фронтовика...

Имя Юрия Белаша мне до знакомства с его пакетом ничего не говорило, он считался поэтом не "первого круга", и, видимо, даже не второго, так что коллекция оказался поводом для знакомства с его творчеством! Первое стихотворение Белаша, которое мне попалось, называлось "Он"

"Он на спине лежал, раскинув руки,

в примятой ржи, у самого села, -

и струйка крови, черная, как уголь,

сквозь губы неподвижные текла.

И солнце, словно рана пулевая,

облило свежей кровью облака...

Как первую любовь,

не забываю

и первого

убитого

врага".
Collapse )
Баяны

Юрий Визбор. Теплый Стан

Теплый Стан
Песня о невероятной морской любви,
рассказанная лично мне
четвертым помощником Севой Калошиным

Аm
Мы подьехали к Теплому Стану,
А Dm
- Эй, водитель такси, отвернись.
Dm Am
- Дорогой, я вас ждать не устану.
Е Am
- Дорогая, ты вся моя жизнь.

А Dm
Ах, не судьи себе мы, не судьи.
Н Е
Случай ходит у нас по пятам,
Am Dm
А вокруг, будто тысячи судеб,
Е Am
Зажигает огни Теплый Стан.

Я из Внуково ангелом взмою
В отдаленные очень края.
Я еще от предчувствия взвою,
Поседею еще от вранья.

Память ваших измен тень наложит
На мое волевое лицо.
Это ж только цыгане за ножик,
Мы ж за рюмку, и дело с концом.

Ах, друзья меня крепко осудят,
Но даю телеграмму: "Встречай".
И с посудой шатаюсь по судну
Захожу к корешам невзначай.

Вы из теплого прибыли края,
Я по северным плавал местам
И в окне Теплый Стан наблюдая,
Обнимаю я ваш теплый стан.

17 мая 1982